Будущее россии после путина варианты развития

Важная и полезная информация по теме: "Будущее россии после путина варианты развития" с профессиональной точки зрения. На все имеющиеся вопросы сможет ответить наш дежурный консультант.

Кто станет президентом России после Путина: прогнозы политологов, наиболее вероятные развития событий

После выборов президента, состоявшихся в марте 2018 года, Владимир Владимирович Путин занял данный пост уже в четвертый раз. Это не могло не вызвать бурную и самую разнообразную реакцию среди россиян. И среди многочисленных обсуждений одной из самых часто поднимаемых тем стал вопрос о будущем приемнике правителя. Кто вступит в должность президента на следующих выборах? Может быть, данная политическая фигура нам уже хорошо знакома? Или россиянам только предстоит увидеть нового игрока на политической арене?

Путин: краткая биография

Для начала вспомним о самых значимых событиях из жизни действующего руководителя страны, о том, как он впервые принял этот статус и сколько раз уже участвовал в выборах:

  • родился будущий политик в 1952 году, 7 октября. Своё детство он провёл в Ленинграде, где отучился в школе, а поставил перед собой цель поступить на службу в КГБ;
  • однако сразу к службе его не допустили, предложив ему сначала окончить гражданский ВУЗ и получить диплом образования в гуманитарной сфере. Именно так Владимир и сделал: в 1970 году он стал студентом Ленинградского государственного университета. Учился он на юридическом факультете, а специальностью Путина были международные отношения. В 1975 будущий политик успешно завершил своё обучение;
  • с этого момента Путин начинает строить свою карьеру в Комитете Государственной Безопасности. В 1984 году он получил звание майора, а чуть позже прошёл обучение по специальности внешней разведки;
  • с 1985 года Владимир Владимирович работал по данному профилю в Германской Демократической Республике;
  • в 1990 будущий президент вернулся на Родину, а через год принял решение подать в отставку, на чём и завершилась его карьера в КГБ;
  • далее происходит знакомство Владимира Владимировича с Анатолией Собчаком, который в то время занимал пост мэра Ленинграда. Так Путин начинает свою работу в мэрии, которая продолжалась вплоть до 1996 года;
  • после этого начинающий политик получил приглашение из Москвы занять должность в Администрации президента, которое он, не раздумывая, принял;
  • далее карьера политического деятеля стремительно развивается, и уже в 1998 году он занимает должность директора ФСБ Российской Федерации, а через год, сохранив этот статус, становится ещё и секретарём Совета Безопасности РФ.

В этом видео политолог Марина Власова расскажет, кем был Владимир Владимирович до того, как стал известен на весь мир:

Кем был Путин при Ельцине?

Одним из наиболее значительных событий в жизни нынешнего президента является его знакомство с Борисом Николаевичем Ельциным, который был первым президентом России и занимал этот пост в 90-х годах.

Рассмотрим, что происходило в жизни Путина в эти годы, а также что изменилось с после его знакомства с Ельциным, и как дальше развивалась его профессиональная деятельность.

  • как уже было сказано выше, в начале 90-х годов Владимир Владимирович в сотрудничестве с Анатолием Собчаком работал в мэрии Ленинграда, однако после провала последнего на губернаторских выборах был вынужден оставить эту работу;
  • после переезда в Москву будущий президент становится значительной фигурой в Правительстве. Он был назначен начальником Контрольного управления при президенте РФ, а далее приступил к работе в Федеральной службе безопасности, во время которой дослужился до звания полковника, однако от дальнейшего повышения ранга отказался по собственному желанию;
  • в 1999 году Борис Ельцин предложил Владимиру Владимировичу занять пост Председателя Правительства, а после официально объявил его своим преемником.

Президентские сроки

После ухода в отставку Ельцина, что произошло в последний день 1999 года, Путин занял пост исполняющего его обязанности, а после, уже в марте 2000 официально стал Президентом Российской Федерации.

К его первому президентскому сроку относится ряд преобразований, к примеру, судебная реформа, а также множество событий, причём как положительных, так и грустных страниц в истории страны, таких как террористический акт в Беслане.

Владимир Владимирович занимал должность в период с 2000 по 2008 год, причём в 2004 году он был переизбран. После 2008-го его сменил Дмитрий Анатольевич Медведев на данном посту. Сам же Путин в это время был Председателем Правительства.

Третий раз политик стал руководителем страны через 4 года, в 2012-м. Одним из самых обсуждаемых эпизодов в его правлении стали «майские указы», которые предполагали крупномасштабные преобразования, а также общие рекомендации относительно направления развития страны.

Наконец, в марте 2018 года начался четвёртый президентский срок Путина, который продлится до 2024 года.

Кто будет президентом после Путина в 2024?

Не так давно политик сделал официальное заявление о том, что он не собирается выдвигать свою кандидатуру на выборах президента Российской Федерации в 2024 году. Данное решение было принято в соответствии законом Конституции, по которому один человек не может занимать данный пост более двух раз подряд.

На данный момент на политической арене нет ярко выделяющегося лидера, которого можно было бы однозначно назвать будущим президентом. Несмотря на это, среди окружения Путина и среди людей, занимающих высокие должности в стране, есть несколько личностей, за действиями которых политологи следят с особым вниманием.

Вот список предполагаемы приемников по мнению политологов:

  1. Сергей Шойгу – нынешний Министр обороны Российской Федерации.
  2. Геннадий Зюганов – председатель Центрального комитета КПРФ.
  3. Рамазан Кадыров – глава Чеченской республики.
  4. Дмитрий Рогозин – политик, директор корпорации «Роскосмос», бывший заместитель председателя правительства Российской Федерации.
  5. Павел Грудинин – политик, кандидат на выборах Президента в 2018 году.
  6. Какой-либо новый «игрок» на политической арене.

При этом многие из них уверены, что россиянам не стоит ожидать второго президентского срока Дмитрия Медведева, так как, возможно, его навыков не хватит, чтобы управлять страной в такое непростое время.

В этом видео политолог Алексей Шишенин расскажет, какая политическая фигура может заменить действующего президента России на выборах в 2014 году:

Какими качествами должен обладать преемник?

Представляя образ идеального правителя страны, каким он должен быть, чтобы эффективно руководить государством? Возможно, если мы соберём все приблизительные качества воедино, то сможем определить человека, обладающего всем необходимым набором, среди уже действующих политиков?

  • в первую очередь, новый правитель должен сильно отличаться от Путина, так как населению страны необходимы перемены, в том числе и в образе политического лидера. Причём различия должны быть во всех сферах: как во внешности, так и в образе, и в манере поведения;
  • для того, чтобы расположить к себе народ и привлечь как можно больше сторонников, новый правитель обязан иметь чистую репутацию, которая не вызовет подозрений;
  • кроме того, необходимо, чтобы новому руководителю страны удалось привлечь на свою сторону не только россиян, но и зарубежных правителей, ведь без этого невозможно наладить отношения России с другими странами.

Конечно же, среди предвыборных обещаний будущего президента будут слова о медицине и об образовании, об улучшении социальных условий и развитии науки.

Кто будет преемником Путина?

Многие политологи предполагают, что россиянам предстоит познакомиться с новым правителем не раньше, чем за два года перед самими выборами. И, скорее всего, их ждёт встреча с новым лицом, ранее не проявлявшим себя активно и агрессивно в политической сфере.

Читайте так же:  Проверка лекарств на подлинность по серии онлайн - миф или реальность

Таким образом, называть точное имя преемника Владимира Владимировича ещё рано, однако многие уже выдвигают свои предположения. На этом этапе население уже чётко сформировало свои желания, и постепенно определило для себя, каким оно хочет видеть своего нового правителя.

Видео: прогноз политолога о преемнике Путина

В этом ролике политолог Леонид Волхонский расскажет о некоем Великом Гончаре – таинственной фигуре, который придет к власти после президента Владимира Путина в 2014 году:

Вадим Горшенин: Что будет после Путина в 2030 году?

Автор телеграм-канала «Красный Сион» полагает, что рассуждения на тему о будущем в России в нашей стране де-факто под запретом. «Невозможно увидеть, как государственники/охранители представляю себе ту же Россию-2030, тем более — Россию-2040», — отмечает он.

Он напоминает, что в начале 2000-х годов «Единая Россия» выпустила агитационную листовку, где прогнозировался уровень жизни россиян через несколько лет — «средняя зарплата $2500 в месяц, дом в 120 кв. м на семью и т. п». «И сами же испугались такого прогноза», — добавляет автор «Красного Сиона».

Глава медиахолдинга «Правда.Ру» Вадим Горшенин считает, что предложенная тема любопытна. И предлагает несколько вариантов того, как может развиваться ситуация в России в ближайшем будущем.

Первый сценарий

Выборы президента будут отменены за ненадобностью. Ненадобность будет заключаться в том, что преемник не наберёт за свой первый срок такого кредита доверия, который набирал Владимир Путин на протяжение 18 лет.

Страна будет развиваться по принципу исторической спирали, т. е. развиваться будет, но мы окажемся в той же ситуации, что были и в 1930-м: в окружении недружелюбных стран. Китай отвернется, потому что до того высосет всё необходимое из России для своего развития. Ближнее зарубежье будет утеряно за счет заложенных руководством МИДа в эти годы патерналистских отношений, выдерживать которые бюджет России уже не сможет.

Экономика может развиваться по принципу, близкому к принципу «военного коммунизма». Социалка будет отменены: содержание детей и стариков полностью ляжет на плечи трудоспособного населения.

Российская нефть будет на исходе, альтернативная энергетика в Европе на подъеме, это тоже сильно ударит по возможностям бюджета.

В целях экономии России выйдет из Совета Европы, что даст возможность сузить реализацию прав человека.

Второй сценарий

Мы узнаем имя третьего президента после Владимира Путина. Он будет ограничен во власти в силу конституционных поправок и перенесения больших властных полномочий к парламенту.

Государственная дума будет полностью избираться по мажоритарному принципу, как и Совет Федерации. Члены СФ будут не только представителями регионов в центре, но и участниками управления властью в регионе — своего рода триумвираты.

Измененные принципы формирования бюджета после 2024 года в сторону большего финансирования науки и образования, вложений в развитие технологий за счет уменьшения преференций для нефтегазовых компаний, начнут давать самые первые всходы в виде прорывов не только в области военных технологий, но и гражданских. Эти прорывы в потребительской сфере заставят граждан других стран иначе взглянуть на Россию, впоследствии эта политика может привести к тому, о чем мечтали Троцкий и его последователи.

Резко будет сокращен управленческий аппарат после внедрения необходимых информационных и иных технологий (все будут удивляться: почему только на промышленных предприятиях сокращались рабочие места в результате модернизации, а число чиновников росло?)

Третий сценарий

За период после Владимира Путина произойдёт венесуэлизация России. Люди в своей поддержке будут метаться от поддержки одной политической силы к другой. Стабильности не будет. Возвращение к политике «шести соток». Формирование коалиций «Уральской республики», «Сибирского соглашения», «Дальневосточной республики», Калининград претендует на независимость.

«Все утрировано, конечно, но каждый из вариантов имеет право на жизнь», — считает Вадим Горшенин.

Будущее России. Что будет со страной после Путина?

Смотря кто придет «вместо«. Придет «если» умный, может и начнёт как-то выправляться ситуация.

[3]

Но, этого «если», не случиться. Во первых, огромное число лиц заинтересовано в продолжении грабежа народа и ресурсов, и у них есть властные полномочия. Они просто не дадут вот так сразу «все поменять и отменить». Прекрасно понимаете, что даже намек на такую угрозу будет воспринят традиционно — «физически устранить»! Как показали многочисленные примеры, бандиты без крови наворованное не отдают.

Повторяется недавняя ситуация с Китаем, когда на сотни лет он был выведен из активного участия в мировом развитии. Для него нашли «рецепт» — посадили на наркотики.

Для нас нашли другой рецепт — вырастили местных криминало-фашистов.

Так что, пока история, эволюция, против разумности. Это объективный процесс.

Bloomberg: У России нет будущего по вине Путина

У Владимира Путина очень не простая задача. Он хочет обеспечить россиянам процветание до 2024 года, когда конституция России скажет ему, что его время на посту закончилось.

Но экономика не помогает в этом российскому президенту. И в том, что она в кошмарном состоянии, Путину некого винить кроме себя.

Об этом в редакционной статье пишет Bloomberg. После погружения в рецессию в 2015 году Россия остается в яме. Частные инвестиции и производительность вялые. Экономисты не ожидают, что в ближайшем будущем экономический рост РФ сможет перевалить за 2%. И это очень сильно контрастирует с тем, какие темпы страна видела в течение первых двух президентских сроков Путина.

Если ситуация не изменится, россиянам может осточертеть до 2024 года. И это опасно, потому что передача власти или изменение конституции под Путина может еще больше усугубить недовольство из-за того, что у избирателей все меньше спрашивают их мнение в ходе процесса. В конце концов, в 2011-2012 годах, когда россияне масово выходили на улицы в последний раз, экономическое положение России было в разы лучше.

Путин отреагировал тем, что пообещал стране экономическое чудо. Он приказал правительству повысить рождаемость, увеличить продолжительность жизни, а заодно и доходы населения. Он также распорядился повысить разработку инноваций, ускорить переход на электронные системы, улучшить образование и здравоохранение. Все эти цели впечатляют, однако меньше вдохновляет тот факт, что такое будущее очень маловероятно.

И проблема больше политическая, чем экономическая. Для начала, аннексия Крыма и вмешательство в чужие выборы превратили Россию в парию. За это поведение Запад наказал ее санкциями. Их немедленный экономический эффект может и ограничен, но они создают постоянную неуверенность, которая отрезает РФ от иностранных инвестиций и идей.

А тем временем, хватка Путина за власть душит внутреннюю экономику страны. Его пренебрежение к частной собственности и личных свобод охватывает весь чиновничий аппарат. Президент лично решает, кто и от чего сможет получить выгоду, кого будут преследовать, а также что людям можно говорить и что нельзя. Люди боятся за свои жизни, боятся, что их имущество могут конфисковать в любой момент. И все это подавляет предпринимательство в России, а наиболее талантливые люди покидают страну.

Конечно, россияне не сдаются так просто. В стране до сих пор есть много стартапов, ресторанов и частных ферм, которые предлагают товары и услуги на любой вкус и по разным ценам. Однако, слишком часто бизнес сталкивается с атаками со стороны чиновников или коррумпированных судей, которых подкупили конкуренты. За финансовую активность люди даже попадают за решетку. А те фирмы, которым удалось выстоять, часто сталкиваются с ситуацией, в которой им ничего больше не остается, как продать бизнес компаниям со связями в правительстве.

Читайте так же:  Кто из самозанятых не обязан уплачивать налог на свои доходы

На таком фоне даже разумные экономические подходы приобретают негативный характер. К примеру, повышение пенсионного возраста жизненно важно для России и ее долгосрочного экономического роста. Это позволит смягчить проблему, с которой столкнулись многие страны – старение населения. Однако, россияне оправданно задают вопрос: почему всем нужно ждать дольше свои деньги, если друзья президента в это время обогащаются за счет государственных контрактов?

Советники Путина хорошо знают, что надо делать. Экономическая программа, разработанная бывшим министром финансов Алексеем Кудриным, утверждает, что экономический успех невозможен без верховенства закона и «честной и по-настоящему независимой» судебной системы. Но эти фундаментальные элементы отсутствуют в планах самого Путина. В конце концов, как же правящая элита будет обогащаться и разбираться с оппонентами, если она не сможет эксплуатировать суды.

В конце-концов, дилемма проста: Путин может получить либо путинизм, либо более успешную Россию. Но иметь и то, и другое – нет. Шансов того, что он сделает правильный выбор, нет.

Стабилизация кризиса. Что ждет экономику России после победы Путина

Видео (кликните для воспроизведения).

Как и ожидалось, президент Владимир Путин в памятный день крымского референдума выиграл очередной референдум о «переназначении» самого себя президентом, причем выиграл даже более убедительно, чем этого могли ожидать те, кто разрабатывал стратегию предвыборной программы и был ответственен за внесение в бюллетень еще семи фамилий. Всего через месяц он снова принесет президентскую присягу, и вся страна начнет отсчет его четвертого срока на посту главы государства.

В день инаугурации правительство, согласно Конституции, сложит полномочия перед новоизбранным президентом. Будет назначен новый премьер и сформирован очередной кабинет.

В последнее время высказываются две основные гипотезы относительно того, кто его возглавит: часть аналитиков считает, что это будет новый человек, символизирующий очередную попытку реформаторства (Кудрин, Греф, Набиуллина), часть же полагает, что «контракт» Медведева рассчитан на любую продолжительность путинского президентства и радикальных перемен не случится. На мой взгляд, вероятнее всего «смешанный вариант». Причин для его реализации я вижу несколько.

Первое, что стоит отметить, — это то, что кабинет образца 2018 года не сможет просуществовать так же спокойно, как работало шесть лет правительство образца 2012 года. За эти годы произошли события, которые окончательно отрезали главе российского государства любые пути «к отступлению».

Путин мог бы покинуть вершину властной пирамиды в 2024 году, если бы весь период с 2012 по 2024 год был потрачен на установление в России подлинного верховенства права (а не «власти законов»), итогом чего стала бы хоть относительная безопасность его и его соратников в устоявшейся правовой среде. Но последние годы стали периодом наиболее беспардонного нарушения юридических норм с начала 1990-х. Россия попирала международные договоры, принимала законы, ущемляющие права меньшинств, крайне вольно обращалась с законодательством о выборах, реквизировала деньги у собственных пенсионеров и т. д.

Поэтому новый срок Путина — что бы ни говорила официальная пропаганда — будет посвящен одной теме: обустройству его пожизненного лидерства. И пост премьера практически наверняка станет критически важным в этом проекте.

Учитывая, что конституционные изменения должны приниматься парламентом предшествующего их внедрению созыва, они будут инициированы до 2021 года. И это основная причина того, что до и после этой даты у нас будут разные правительства. Если в ближайшие годы перемен в распределении полномочий и «силы» может не происходить, то сразу после новых выборов в Думу вес Краснопресненской набережной обречен резко усилиться — и туда будут массово призваны новые люди.

При этом и до и после 2021 года следует ожидать продолжения курса на ручное управление и пренебрежения правовыми нормами, который мы видели в 2012–2018 годах. И это также наложит печать на деятельность исполнительной власти.

Второй важный момент: в предстоящие годы России придется принять судьбоносные решения не только в политической, но и в социально-экономической сфере. Демографическая политика властей провалилась, производительность стагнирует, пенсионные накопления изъяты. Все это означает, что повышение пенсионного возраста случится обязательно, и это произойдет еще при «техническом» правительстве, до 2021 года. «Мораторий» на повышение налогов тоже вроде заканчивается. Поэтому в те же сроки многие временные налоги станут постоянными, будет введена пусть и плавная, но прогрессивная шкала НДФЛ, принята масса решений о дополнительных сборах, вплоть до самых экзотических.

Повторю: я убежден, что все эти перемены случатся до начала работы Государственной думы VIII созыва, в которую на утверждение будет впоследствии внесен новый состав кабинета.

Серьезные изменения произойдут и в политике — от конституционных поправок и очередных новаций в избирательном законодательстве до существенного ужесточения правил «информационной безопасности» и изменений системы управления регионами. Большинство их будет направлено на ужесточение авторитарных норм и ограничение прав граждан, и общество воспримет их негативно. Популистские меры типа повышения НДФЛ для состоятельных граждан или повышения «денежного содержания» пенсионных баллов не компенсируют общего разочарования. Накапливающийся эффект «непопулярных мер» Кремль попытается обнулить отправкой кабинета в отставку и формированием той новой «команды технократов», которую после 2024 года возглавит Путин.

Третьим заслуживающим внимания обстоятельством я бы назвал совершенно новую ситуацию в обществе, которая сложится в ближайшие годы. Не будем кривить душой: все мы прекрасно понимали уже в 2011 году, что Путин возвращается в Кремль не на шесть лет, а на двенадцать. Именно это скорее всего вызвало и безнадежные протесты 2011 года, и стремительный рост эмиграции уже в 2012–2013 годах, до аннексии Крыма и противостояния с Западом. К наиболее драматичным годам третьего срока все это, как говорят биржевые трейдеры, уже было priced in в народные ожидания, ориентировавшиеся на 2024 год. Однако в наступающий период будут множиться признаки того, что Путин для России — это не надолго, а навсегда.

Такое понимание высвободит огромный негативный потенциал гражданской и человеческой усталости, полностью лишая общество стимулов к развитию. Кроме того, сохранение ситуации «осажденной крепости», неминуемое развитие событий в Сирии по афганскому сценарию, «размораживание» конфликта на Украине, что почти наверняка случится на фоне президентских выборов там 2019 года, — все это вызовет ужесточение санкций, продолжение экономической стагнации и лишит граждан надежд на рост благосостояния и доходов.

И не стоит надеяться, что до 2024 года не произойдет масштабного спада давно перегретой глобальной экономики, а это добавит России проблем. Иначе говоря, новое/ые правительство/а станет первым в текущем столетии, кому придется работать в условиях постоянно снижающегося оптимизма граждан и перманентного экономического кризиса.

Готова ли к этому Россия? Если исходить из сегодняшнего положения, то я бы рискнул утверждать, что скорее да, чем нет. В 2015–2017 годах экономика относительно приспособилась к новым реалиям: нефти по $60 за баррель, рублю в диапазоне 60–65 за доллар, довольно устойчивому снижению долларовых фондовых индексов и жизни в условиях медленного снижения реальных доходов. Основное пожелание и граждан, и предпринимателей — не было бы хуже. Эта «стабильность» при нулевом росте может сохраняться практически бесконечно. Умеренной девальвацией рубля при низкой инфляции легко компенсировать некоторое снижение котировок нефти, если оно случится. Бюджет при нынешних ценах на энергоносители можно сбалансировать и уже в этом году даже направить часть средств на пополнение резервных фондов. Граждане 1967-го и последующих годов рождения, которые могут лишиться ожидаемой пенсии, начнут выходить на заслуженный отдых не ранее 2022-го, так что еще несколько лет на проблему можно не обращать внимания, а потом ею займутся другие люди.

[1]

Все это позволяет предположить, что в мае мы скорее всего увидим, как Путин предложит Думе утвердить очередное правительство Медведева. В нем, правда, не будет нескольких вице-премьеров (вероятнее всего Рогозина, Мутко, Приходько и Шувалова), но главные отраслевые министерства (финансов, экономики, промышленности и торговли, энергетики, не говоря уже о силовых и внешнеполитическом) не поменяют своих глав, а состав кабинета в целом станет немного моложе. Этим «эффективным менеджерам» Кремль поручит проводить экономические реформы, главной целью которых станет максимальное «выжимание денег» из экономики для финансирования популистских программ, укрепления «безопасности» и углубленной реализации «миролюбивого внешнеполитического курса».

Читайте так же:  Ипотека для молодой семьи - как взять, условия сбербанк, россельхозбанк, втб24

Сам же президент и его администрация займутся новой конституционной реформой. Мы помним, как идея увеличения срока президентских полномочий прозвучала в первом же послании Дмитрия Медведева Федеральному собранию в 2008 году, и я думаю, что новые инициативы будут вероятнее всего озвучены уже в ближайшие месяцы, а работа по продвижению их через парламент может вестись неторопливо и занять весь 2019 год.

Новое старое правительство примется за реализацию непопулярных мер исходя из того, что текущая ситуация остается достаточно благоприятной, и, судя по всему, мы имеем дело с последним временным окном для подобных реформ. Первые результаты их реализации на фоне относительно устойчивой внешнеэкономической конъюнктуры и пусть незначительной, но мобилизации, связанной с ощущением давления извне, окажутся оптимистическими, однако через два-три года их эффект исчерпается.

Именно поэтому мне кажется, что в наступающем десятилетии 2021 год как политический рубеж может оказаться даже более значимым, чем 2024-й. К этому времени сомнения относительно планов Путина должны развеяться, внешнеполитическая конфигурация окончательно сформироваться, глобальный экономический кризис созреть и случиться.

И тогда перед Кремлем встанет действительно серьезный вопрос о том, на что должно быть похоже правительство, которое предстоит возглавить «национальному лидеру», какие первые лица должны в нем фигурировать и какие задачи оно будет ставить. Но это вопрос среднесрочного, а не ближайшего будущего.

Путин и будущее России

Само это словосочетание — «будущее России» — неизбежно вызывает одну печальную литературную реминисценцию: статью Евгения Замятина «Я боюсь», где была знаменитая фраза: «Я боюсь, что будущее русской литературы — это ее прошлое». Итак: есть ли будущее у России — или ее будущее это ее прошлое; прошлое, при том, что оно не было сплошным ликованием и триумфом, всё же, строго говоря, было. Понятие «Россия», таким образом, до сих пор обладало определенным онтологическим смыслом, бытийной реальностью. Сохранит ли оно, это понятие, такой смысл и в будущем? будет ли у него «референт», как говорят ученые люди? И в связи с этим другой вопрос: так бояться или не бояться за будущее России, а в предложенном контексте — того, будет ли оно вообще?

Вот эти достаточно простые соображения должны были бы убедить русских в России, что никто на Западе не желает уничтожения, исчезновения России. Это был бы такой вакуум, по сравнению с которым конец коммунизма и крах коммунистической империи показался бы пустяком.

И отсюда: окончательной гибелью и исчезновением может грозить России не мифический внешний враг, а ее собственные умонастроение и политика. Вопрос ставится так: существует ли такая возможность? Ответ: да, существует. Более того: этот вариант уже осуществляется. И тогда другой вопрос: может ли Путин остановить этот процесс, способен ли он работать на российское будущее?

Об этом много пишут сейчас в Америке. Недавно журнал «Атлантик Монтли» дал электронный дайджест из статей своих авторов на эту тему. Джеффри Тэйлор пишет:

«Исторически, установка на величие России являет определяющую черту тех в ее истории вождей, которые пользуются наибольшим поклонением: Ивана Грозного, Петра Великого, Сталина. Все они были тиранами — но тиранами, одержимыми мыслью о мощи России и преуспевшими в исполнении этой задачи именно потому, что решали ее самыми жестокими из мыслимых методов».

Тут много неверного: хотя бы то, что Иван Грозный отнюдь не есть поклоняемый в русском историческом сознании царь, да и оставил он Россию не в величественном, а катастрофическом положении. Что касается Сталина, то вопрос опять же не в том, кто ему до сих пор поклоняется, а в том, что созданная им как бы сверхдержава в действительности оказалась колоссом на глиняных ногах. Но эти ошибки даже не хочется ставить в вину автору, потому что он говорит не столько о реальной российской истории, сколько о состоянии нынешнего российского сознания — о мифе, которому оно до сих пор склонно верить: что величия и мощи Россия может достигнуть как раз на путях тиранического правления, подчинения тоталитарной диктатуре единовластного правителя. Отсюда родился новый миф — о Путине как спасителе отечества. И этот миф Путин пытается эксплуатировать. Скажем прямо: с переменным успехом. В его политике сколько угодно провалов, перечислять которые нет надобности. Цель, якобы поставленная — новое величие России, — пока отнюдь не достигнута, но средства, традиционно считающиеся для этого единственно пригодными, уже, как сейчас говорят в Росии, задействованы. Другой автор Атлантик Монтли Пол Старобин пишет:

Одна очевидная опасность — фашизм — уже подкрадывается к дверям России, униженной страны, сменившей свои цвета с красного на коричневый с падением СССР в 1991 году. Путин доказал свою способность к манипулятивному патернализму, эксплоатирующему страх перед чеченскими террористами и грабительским бизнесом олигархов для подпитки националистических настроений и создания собственного культа личности.

Всё это общеизвестно. Вопрос в другом: действительно ли такие качества лидера и выбранные им средства способствуют чаемой цели: восстановлению мощного российского государства — и помогают ли правильно поставить само понятие государственной мощи. Об этом мы и будем говорить.

Несомненно, что режим Путина является реакционным — в самом прямом, физико-механическом смысле слова, в смысле третьего закона Ньютона: сила противодействия равна силе действия. Это не есть та «всемирно-историческая реакция», которой, по Бердяеву был большевизм: как инстинкт выпадения из истории и культуры, тотальный рессантиман людей, недовольных культурой, обделенных ею. Можно и другую трактовку феномена вспомнить, даваемую другим русским философом С.Л.Франком: революция, вдохновляемая утопическим сознанием, отрицает не политический или социальный порядок, а космический строй бытия. Нет сомнения, что большевицкая революция с ее коммунистическим проектом была такой утопией. Нынешняя реакция Путина чисто ситуативна, объясняется эмпирическими мотивами, за ней нет никакого мифа, и это, откровенно говоря, несколько успокаивает. Какова эта ситуация, эта эмпирика? По пунктам:

Первое. При Ельцине в России исчезла государственная власть, произошла приватизация власти. Власть существовала едва ли не полностью только «на местах»: володел и княжил тот, кто в данной отдельно взятой местности был сильнее: чисто физически сильнее. Приницип был: против лома нет приема. С таким положением, несомненно, надо было кончать. Отсюда политика выстраивания пресловутой властной вертикали. Понятно, что мы говорим о замысле, а не о выполении; выполнение, как всегда в России, осуществляется по модели: хотели лучше, а получилось как всегда.

Читайте так же:  Социальный проект для многодетных семей к 8 марта

Второе. Власть при Путине стала ощутимо репрессивной, потому что главной ее и, так сказать, интимной задачей, было не столько восстановление государственного порядка, сколько борьба старых и новых властвующих групп и связанное с этим перераспределение богатства. Отсюда нажим, «наезд» на так называемых олигархов — беспроигрышная в глазах народа позиция, за которой стоит, однако, не роббингудовсикий мотив: ограбить богатых и отдать бедным, а обогащение новой властвующих группировки — пришедших с Путиным гебистов. Грубо говоря: крышуют сейчас не братки, а мильтоны и гебуха. Борьба с «оборотнями» — отвлекающий маневр, лапша на уши лохам.

Третье. Реальная угроза со стороны террористов. С ними действительно нужно бороться, и для этого действительно укреплять государственную власть и ее силовые структуры. Как ведется эта борьба — говорить много нечего: достаточно вспомнить Беслан, горы лжи, наваленные вокруг него властью.

Герцен в свое время определил главной урок Крымской войны: он оглушительно продемонстрировал порочность николаевской консервативной системы, ибо она провалилась там, где мнила себя наиболее могучей, ради каковой воображаемой мощи и строилась: в военном деле, в войне. Нынешняя параллель — Чечня: если даже и не первая, то вторая, путинская, уж точно.

Ждет ли подобный провал путинскую консервативную систему? Вполне возможный исход. Признаки грядущего, собственно уже происходящего обвала налицо. Не может быть успешной страна, власть которой играет засаленными картами позавчерашнего дня. Положение страны после коммунистов бесспорно изменилось, вне всякого сомнения в ней появились и достаточно интересно заявили о себе качественно новые силы, задвинутые в угол при коммунистической системе. А Путин их снова задвигает — тогда как надо выдивгать.

Но я бы не стал говорить, как это делают авторы Атлантик Монтли, о грядущем фашиззме, вообще о возвращении тоталитаризма. Это уже битая карта. И потом — опыт никого иного, как правящей элиты за последние пятьдесят лет, показал, что она на такой вариант не согласится.

Что произошло после Сталина? Утверждение партократии, нового правящего класса. То, что это так, доказала история Хрущева, которого партэлита, не потерпев, свергла. Этот урок остается действенным и сегодня, это положение по существу повторяется: происходит возрождение партократии под иным идеологическим соусом, а точнее сказать, вообще без оного. Нынешняя правящая элита хочет не столько власти, сколько денег. Впрочем, сегодня власть и есть деньги. Не время деньги, а власть деньги. Тоталитаризм, единоличная диктатура какго-либо харизматического вождя ей не нужны. Путин — ставленник этой новой группы властвующей элиты, без нее он никуда не двинется. Она будет продолжать грабеж страны, население будет беднеть, а там и финал: крах этой системы.

Демократию свернули, сегодня в этом нельзя сомневаться. Но не возвращение к тоталитарной диктатуре происходит, а восстановление партократии как власти правящей элиты. КГБ занял место КПСС — только и всего. Эта организация не останавливается перед репрессиями, но репрессии сегодня уже не такие, характер их иной: не контроль над умами, а контроль над деньгами. Денег же скоро не будет. То есть деньги, конечно, будут, их и напечатать можно, но реальные ценности разворуют до конца. А там и потеряют интерес к дальнейшему пребыванию в этой стране. Все эти люди кончат свои дни не на виселице, а в Швейцарии.

Вот самый горький урок последних десяти-двенадцати лет: не то даже, что в России демократия не прививается, а то, что не осталось людей, любящих Россию и чувствующих перед ней ответственность. То есть, конечно, такие люди есть: вспомним хоть Солженицына. Да и Проханов, несомненно, Россию любит. Но с кругом их идей эта любовь становится едва ли не хуже вражды. Оговорюсь: я не сравниваю несравнимое, Солженицына с Прохановым. Солженицын вообще вне сегодняшней игры, и не надо ему этого, и он сам уже это понял. Солженицын -человек с великим прошлым, один из победителей коммунизма, хвала и честь ему за это, памятник ему до неба. Но Проханов и подобные еще проявляют активность. Эти люди в двадцать первом веке ни на что неспособны; хорошо уже то, что немногие из них и грабить способны, участвовать в сегодняшних крысиных бегах. Никакая ответственная власть работать с ними не сможет: не тот материал — визионеры, фантасты, ретроспективные утописты. Помянутый уже Герцен смеялся: папа Римский прислал кому-то поздравление по телеграфу; уже телеграф казался, да и был несовместимым с религиозной архаикой. Тем более компьютер несовместим. Впрочем, совместить их можно, но для целей исключительно негативных, разрушительных — как Аль Каида.

Националистический миф — с которым заигрывает и Путин — не в состоянии заменить когда-то действенный миф коммунистический. Последний умер, а национализм безнадежно одряхлел. Тем более религиозно окрашенный национализм. Ведь и Аль-Кайда сегодня в России не получится. Для этого нужны люди, готовые на самоубийство. А в России, к счастью, таких не осталось.

Кто, выражаясь высоким стилем, спасет Россию? Этого нам знать пока не дано; но Путин со своими гебистами ее не спасет уж точно.

В круге третьем. Какой модернизации ждать России после Путина

Слово «модернизация», пик использования которого пришелся на период президентства Дмитрия Медведева, давно исчезло из российского лексикона, однако сама логика восприятия развития как не столько естественного, сколько конструируемого процесса по-прежнему присутствует в сознании российской элиты. В часто цитируемом послании Федеральному собранию от 1 марта президент Путин заявил: «Мы готовы к настоящему прорыву», — и этот тезис отражает если не кремлевские замыслы, то кремлевский стиль мышления.

Модернизаций в российской истории было много, я бы даже сказал, больше, чем в истории любой другой страны. Они всегда начинались тогда, когда правители понимали, что «изменения в мире носят цивилизационный характер» (слова из того же послания), а Россия за ними не поспевает. Об истории отечественных модернизаций — от петровской до современной — написаны горы книг, их главным выводом является тот, что Россия не довела ни одну из своих модернизаций до той стадии, когда измененная страна встает на путь естественного, органичного разития, не нуждаясь в постоянном взбадривании сверху. Исходя из этого многие исследователи (я в их числе) делали вывод, что успешная модернизация в России вряд ли возможна. Сегодня, однако, мне хочется обратить внимание на иной аспект проблемы — на динамику циклов российских модернизаций.

Первый, самый долгий, цикл продолжался со времени «пробуждения» в конце XVII века до краха Российской империи. В нем легко прослеживаются три основных этапа.

Во-первых, это фаза быстрой и радикальной ломки прежних порядков на фоне успешного развития большинства критически значимых направлений (экономического, военно-технического, культурного и научного). Можно сказать, что эта фаза продолжалась около ста лет — с европейской поездки Петра I до кончины Екатерины II и ее итогом оказалось превращение России в крупнейшую военно-политическую силу Европы. Однако социальные основы страны не подверглись серьезным изменениям: сохранялись абсолютная монархия и крепостное право, образ жизни большинства подданных оставался прежним, а европейские порядки приживались лишь в столице, где формировалось одно из самых космополитичных обществ того периода.

Во-вторых, это период смутного ощущения неустойчивости и стремления законсервировать существующие порядки. Он уже существенно короче (от воцарения Александра I до конца Крымской войны) и порождает ощущение тупика, требующего решительных преобразований.

В-третьих, это сам еще более скоротечный период реформ, пусть и проходящих несколько стадий (при Александре II и в короткий период после первой русской революции), который завершается разбалансировкой системы и — sic! — полным ее крахом, влекущим за собой распад государственности и «переучреждение» страны. Итог в целом печален: система нереформируема.

[2]

Второй, более динамичный (я имею тут в виду чисто хронологический аспект) цикл открывается большевистским переворотом и заканчивается в начале 1990-х годов. Примечательно, но и в нем можно заметить такие же три основных этапа.

Читайте так же:  Как отказаться от наследства по завещанию и по закону в пользу других лиц - правила оформления

Во-первых, это фаза революционного отрицания всех прежних порядков и уверенного продвижения идеологии технологической модернизации без оглядки на потребности среднего человека. Логика в данном случае почти полностью копирует шаблоны двухсотлетней давности: на фоне развития технологий и роста масштабов экономики происходит архаизация социальной структуры, замыкание страны, попрание правовых норм и невиданный всплеск государственного насилия. Советский Союз превращается в одну из двух глобальных сверхдержав ценой катастрофического перенапряжения сил нации и безжалостного уничтожения ее лучшей части. Этот период опять наиболее продолжительный — с 1917 по середину 1950-х годов. Во-вторых, его снова сменяет время тонкого баланса между развитием и консервацией (хрущевская оттепель и первая волна разрядки играют ту же роль, что и заграничный поход русской армии 1813–1814 годов). Затем — успех консервативных сил, переводящий ситуацию в застой.

В-третьих, за этим следует скоротечный период реформ, запускаемых ради ускорения, быстро переходящий в перестройку и завершающийся тем же самым: система идет вразнос, государство рушится, возникает новая политическая реальность. Итог аналогичный: советская система оказалась столь же нереформируемой, как и имперская.

Я могу (и, наверное, хотел бы) ошибиться, но создается впечатление, что сегодня Россия уверенно заходит на третий круг в своем развитии. Началом его можно считать 1990-е годы, когда система пыталась перестроиться с акцентом на преодоление прежних типов собственности и экономического регулирования, отказ от традиционной закрытости и встраивание в глобальную экономику и политику, переосмыcление характера «связки» гражданина и государства. Несмотря на традиционно нигилистическое отношение к 1990-м, это было время радикальной социальной модернизации (причем не «перестройки» чего-то существовавшего, а именно модернизации), которое напрямую подготовило 2000-е годы и обусловило все их положительные и отрицательные моменты.

Этот период растянулся с падения СССР до 2010–2011 годов. Затем ровно так же, как и прежде, доминирующим в элитах стало ощущение неустойчивости и дискомфорта, которое породило тренд на консервацию и поворот вспять, что самым явным образом проявилось в возвращении Путина в Кремль в 2012 году. Эта фаза продолжается по сей день, а курс на охранительство, означающий застой в экономике и политике, остается доминирующим и вряд ли будет скорректирован. Вероятно, у общества есть запас прочности, чтобы смиряться с ним до середины 2020-х годов. Дальше — если принимать во внимание исторические уроки — начнется время неопределенности, которое не порождает оснований для оптимизма.

Сегодня, как никогда прежде, понятно, что Россия время от времени «вползает» в застой не столько из-за прихоти властителя, сколько потому, что раз за разом оказывается: любая созданная сверху система не может стать саморазвивающейся, не может «перезапуститься» снизу. Попытки ее реформировать разрушают не только политическую оболочку, но также общество и страну. Инстинктивный ужас заставляет элиты и народ впадать в коматозное состояние и ждать неминуемого конца. Настоящего прорыва произойти тут не может.

Значит ли это, что Россия на протяжении уже более трех столетий ходит по кругу, находясь на приблизительно одинаковом расстоянии (если судить, например, по уровню жизни) от развитых стран? Может показаться, что именно так и происходит, однако мне кажется, что в сменяющих друг друга схожих картинах есть как минимум два различия.

С одной стороны, расширяется «пространство современности» — я имею в виду ту vie matérielle, о которой писали классики школы «Анналов» как об основе капитализма. В ходе первой модернизации трансформировалась не страна, а столица, несколько мануфактурных центров и разбросанный по России десяток губернских центров, а уровень жизни большинства людей не изменился. Перемены стали заметны только на этапе, предшествовавшем разрушению системы.

В ходе второго цикла, уже в период вступления в застой, если не уровень потребления, то представления о том, каким он должен быть, почти соответствовали тем, какие существовали в развитых странах (Раймон Арон писал в те годы, что «Европа состоит не из двух коренным образом отличных миров — советского и западного, а представляет собой единую реальность — индустриальную цивилизацию»).

Наконец, третий цикл был запущен теми секторами хозяйства и общественными слоями, которые были максимально близки к передовым отраслям глобальной экономики и ориентировались прежде всего на идеалы общества потребления. В таких условиях полномасштабный застой, предполагавший возможность вообще не обращать внимания на меняющиеся в мире стандарты потребления и поведения, выглядит намного менее вероятным, чем прежде.

С другой стороны, разрушается стена, традиционно отделявшая Россию от внешнего мира. Если результатом петровской модернизации стало создание в Петербурге европейского общества за счет массированного «импорта» европейцев, а итогом начала строительства социализма — образование в Европе и в Америке русских диаспор, представления которых диаметрально расходились с представлениями большинства советских граждан, то именно «третий круг» создал за рубежами России значительное русское сообщество, которое уже минимально отличается от среднего класса в самой России, хотя и выглядит более «рисковым» и зачастую более мотивированным.

Масштабы формирующейся сегодня связи между Россией и миром не сопоставимы ни с одним этапом предшествующей истории, а внутреннее единство новой диаспоры и российского общества не позволит создать железный занавес, который существовал прежде. Такая попытка возможна, и она, как я говорил, может быть успешной, но в итоге окажется лишь прелюдией к очередному (пусть и не немедленному) взрыву.

Исторические аналогии не должны приниматься за доказательства, однако мне кажется, что сегодня, задумываясь о перспективах страны, нельзя не обращать внимания на прежний опыт отечественных модернизаций. Вероятно, он может быть осмыслен и каким-то иным образом, однако мои банальные наблюдения не позволяют считать, что Россия в состоянии выйти из штопора, в который она сегодня входит, в том виде, в каком мы привыкли ее наблюдать после распада Советского Союза.

Видео (кликните для воспроизведения).

Вполне вероятно, что Вячеслав Володин прав, и Путин — это и есть Россия, та, которая нам известна. И сегодня стоит задуматься не о России после Путина, а о совершенно новой европейской стране и новом европейском обществе, которые уже не будут «той же Россией, [даже] называющейся по-другому» (слова Путина). Потому что только в этой новой стране наши сограждане получат шанс на приобщение к нормальности.

Источники


  1. Грудцына Л. Ю. Адвокатура, нотариат и другие институты гражданского общества в России; Деловой двор — М., 2012. — 352 c.

  2. Судебная бухгалтерия. — М.: Юридическая литература, 2015. — 344 c.

  3. Хазиев, Ш. Н. Вопросы судебной экспертизы в деятельности Европейского Суда по правам человека / Ш.Н. Хазиев. — М.: Компания Спутник +, 2017. — 935 c.
Будущее россии после путина варианты развития
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here